Кавказ. Выпуск XXIII. Родословное древо тюрков - Абул-Гази Багадур-хан

канг; а изобретателя ее назвали Кангли. Весь народ Кангли от этого человека происходил.

В продолжение семидесяти двух лет Угуз-хан вел войны с татарами, хотя монголы и татары были одной кости[63]. На семьдесят третьем году он всех их подчинил своей воле и сделал мусульманами.

После того он завоевал Китай, завоевал Джурджит[64] и также Тангут[65], который таджики называют Тибет. После того он покорил Кара-Китай[66], который также большой юрт: жители его, так же как и индусы, черного цвета.

Между Индостаном и Китаем, по берегу океана, на зимнем востоке или на юго-востоке летнем от Тангута, на той стороне Китая, на берегу моря, в цепи больших гор, было много народов. Государя этой страны звали Ит-берак. Угуз-хан против него выступил в поход со своей конницей; произошла битва; Ит-берак-хан победил, Угуз обратился в бегство. По эту сторону того места, где происходила битва, протекали две большие реки: между сими реками, остановившись на несколько дней, он собрал остатки рассеянного войска.

У великих государей, когда они отправляются в далекий путь, есть обычай брать с собой своих жен; таким же образом отправлялись и некоторые нукеры. При Угуз-хане был князь, который также отправился на войну с женой. В битве он пал, а жена его спаслась и, вслед за ханом, пришла в его стан между двумя реками. Она была беременна; ей настала пора родить, а как время было холодное и дома, куда бы ей приютиться, не было, то она родила сына в дереве, у которого внутренность сгнила. Когда об этом донесли хану, он сказал: «Его отец в битве пал при мне; но это не беда!». Взял к себе этого мальчика и назвал его Кипчак. На старинном тюркском языке дуплистое дерево называли кипчак; а так как это дитя родилось в дупле дерева, то его назвали Кипчак[67]. В нынешнее время дуплистое дерево называют чабчак: простолюдины, по неповоротливости языка своего, вместо буквы к произносят в сем слове ч и вместо кипчак говорят чапчак. Хан при себе воспитал этого мальчика. Когда он достиг юношеских лет, народы урус, авлак, маджар, башкурд возмутились; хан, поручив Кипчаку много народа и нукеров, послал его в эту страну, на берега рек Дона и Итиля. Дон и Итиль – имена двум большим рекам. Триста лет он царствовал в этой стране. Все народонаселение кипчакское произошло от него. Со времени Угуз-хана до Чингисхана на берегах трех рек: Дона, Итиля и Пика – не было другого народа кроме кипчакского. Около четырех тысяч лет они жили в сих странах: потому сии страны зовут Дешти-кипчак.

Угуз-хан, по прошествии семи лет после того, как был разбит Берак-ханом, опять предпринял поход против Берак-хана, в битве разбил его и велел его умертвить; завладев юртом его, он, не тревожа мусульман, избил тех, которые не веровали в Бога, взял в плен детей их и обратно прибыл домой.

Поход Угуз-хана в Туран и Индостан

Угуз-хан, собрав войско в областях Монгольской и Татарской, выступил к Телашу и Сираму. Цари ташкендский, самаркандский и бухарский, выставив войско, не могли с ним ратовать, искали себе защиты в больших городах и надежных крепостях. Угуз-хан сам осадил Сирам и Ташкенд и взял их, а к Туркестану и Андеджану послал сынов своих; они в шесть месяцев Туркестан и Андеджан подчинили власти отца. Угуз-хан над всеми оными областями поставил даруг и пошел к Самарканду. Завоевав Самарканд и поставив над ним даругу, выступил к Бухаре. По взятии Бухары отправился к Балху; завоевав Балх, пошел на область Гур. Была зима, время было самое холодное; в горах Гура выпал большой снег и войско отказывалось идти, но Угуз-хан, дав приказ, чтобы никто не отставал от него, шел далее и взял Гур.

С началом года, когда наступила весна, он сделал счет войску: нескольких человек недоставало. При расспросе о них никто о них не знал, через несколько дней эти люди пришли служить хану. Когда он спросил их о их состоянии, они отвечали: «Нас несколько человек следовало за войском, но в горах, когда в одну ночь выпал глубокий снег, мы не могли идти и на этом месте остановились; наши кони, верблюды все издохли; по наступлении весны мы пешком пришли сюда». Хан сказал: «Эти люди пусть называются Карлык». Народ карлык происходит от их рода.

Выступив отсюда, он взял Кабул и Газнин и пошел на Кашмир. В то время государем Кашмира был Ягма. Неприступные горы и большие реки покрывают Кашмир; Ягма, в надежде на неприступность местности, вздумал сопротивляться Угуз-хану. Целый год были между ними битвы; с обеих сторон пало много людей. Наконец Угуз-хан взял Кашмир и велел убить Ягму; войско его было все истреблено. Пробыв там несколько времени, он через Бедехшан возвратился в Самарканд, а отселе отправился в Монголию и прибыл восвояси.

Поход Угуз-хана в Иран (Персию), Сирию и Египет

Пробыв на месте один год, Угуз-хан во второй год велел своим подданным готовиться к походу в Иран (Персию) и к военным трудам на несколько лет. На следующий год он выступил и прибыл в город Телаш.

Позади ханского войска были оставлены люди для того, чтобы собрать всех усталых, голодных, сбившихся с дороги, потерпевших какую-либо утрату. Эти люди привели к хану одного семейного человека, отставшего от войска. Хан спросил его: «Почему ты отстал?» Он отвечал: «По недостатку у меня вьючного скота я шел за войском; жена моя была беременна и родила; у матери от голода не было молока для кормления ребенка. На берегу реки я увидел, что шакал поймал фазана; я палкой бросил в шакала, шакал убежал, оставив фазана; я взял эту птицу, изжарил и ею кормил жену мою. Оставленные вами люди нашли меня и сюда представили». Хан, дав этому бедняку лошадь, хлеба и другие потребные вещи, уволил его от похода, сказав: «Кал ач!» – «Оставайся, голодный!» От его рода произошел народ кал-ач; в нынешнее время его называют халаджь. Из этого народа многие живут в Мавераннегре, среди племени аймак; их много в Хорасане и Ираке.

Через Телаш Угуз-хан пришел в Самарканд и Бухару. Переправясь через реку Аму, вступил в Хорасан. В то время в юрте иранском не было хорошего государя: Кейумурс умер, а Гушенга еще не возвели на царство. Это время арабы называют «Мюлюк-у-т-таваиф» – удельные царьки, то есть в каждом народе был свой начальник; а тюрки называют это время «правлением черных ханов», то есть в каждом семействе